Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Репост

ЖЖ прислал неожиданно хороший текст Димы Губина (*см. мой пред.перепост). Статья  весьма созвучна моим ощущениям.

Collapse )

"Lockdown" проект завершен

Обнаружил, что так и не опубликовал финальных фоторгафий моего «Covid Lockdown» проекта. Строительство модели прусского паровоза TKw2 было завершено пару месяцев назад, и готовая модель  благополучно гастролирует по домам друзей и коллег.

Collapse )

Работа на удаленке

Напрягает работа и забота идиота, напрягает пустота.
И трамвай, что меня переезжает, напрягает (с)

Я всегда завидовал тем, кто имел возможность работать из дома. И хотя я живу в 10 минутах езды от офиса, перспектива в рабочее время оставаться дома за любимым столом и монитором, с чашкой кофе, в тишине, без необходимости слушать вопли неуравновешенных коллег по офису, меня немало привлекала. Кроме того, я думал, что можно незаметно отрубиться от всех сетей и пойти побегать на природе, или покататься на велосипеде по окрестностям. Однако, все оказалось не совсем так.

Со вторника весь наш IT- департамент работает по домам. А с сегодняшнего дня в Южной Африке объявлен всеобщий карантин.

Надо сказать, удаленка — не такое уж и благо. Буквально с первого дня имеет место какая-то нервозность — возникает и ширится всеобщее раздражение. Всякие рутинные операции, вроде code review, где всего-то лишь нужно просмотреть сделанные кем-то изменения в коде программки и поставить галочку в форме браузера, превращаются в испытание и трепку нервов. Сегодня в Skype пересрался с аутичным Малькольмом, который почему-то взялся учить меня программированию. Немало активизировались разного рода бесполезные персонажи — всякие мелкие менеджеры и аналитики. При обычной работе в офисе, они тихонько сидят за своими столами и не отсвечивают. Сейчас же, в условиях виртуального окружения, они, вероятно, озабочены очевидностью своей бесполезности и поэтому развивают бурную деятельность. Хреново приходится новобранцам. До них вообще никому нет дела, и они слоняются по рабочим чатам, пытаясь выяснить, чем же им заняться. Вообще, надо всеми теперь висит призрак безработицы. Когда контора начнет загибаться, неминуемо полетят чьи-то головы.

Особо бесит многообразие современных каналов связи, через которые тебя могут достать — всякие Microsoft Team'ы, Skype, прочая подобная лабуда и даже WhatsApp, такой безобидный в мирное время, может вывести меня из равновесия.

Я слышал где-то, что на удаленке люди работают больше, и это, как ни парадоксально — правда. Большая проблема здесь — остановится в конце дня. Народ молотит не переставая: уж вечер близится, а мы долбим пальцами по клавиатуре, что тот заяц. Надо сказать, что за 4 дня, все же случилась некоторая адаптация. Хватает сил отрубить от  VPN пиликающий и крякающий ноутбук и переключиться на Ютьб с его страшилками, полными вирусного оптимизма. 

Что ещё сказать... Карантин у нас ввели с самыми жесткими требованиями — нельзя даже с собакой быть на улице, не то что бегать за спорт, или досуже прогуливаться. Улица, что просматривается с моего балкона, пуста. Я все жду, когда народ массово ломанется на природу — и я с ними. При этом я не слышал ни о каких формализованных и упорядоченных наказаниях и штрафах. Ещё напрочь запретили продажу алкоголя. За три недели наша алкашня озвереет без топлива. Опасаюсь, как бы не выпили тормозную жидкость из моего автомобиля.


Про сталинизм

Я вполне лояльно отношусь к убеждениям людей, не совпадающим с моими собственными. Однако, сталинистов побаиваюсь и сторонюсь. Тому есть прагматическое объяснение. Я думаю, что убежденный сталинист с большой вероятностью является скрытым садистом и упырем. Официально, сталинисты мечтают о твердой руке, порядке и атомной бомбе, но, главное (и о чем редко говорится вслух), они представляют себя исключительно по эту сторону решетки со всеми вытекающими их этого возможностями и преференциями. Сталинизм — это прежде всего мечты о бесконтрольной власти над неудачниками,  угодившими в застенок. Питерский Гоблин-Пучков даже рядится в форму НКВД и задумчиво красуется перед объективом, пыхая бутафорской трубкой. 

Редкий сталинист мечтает загреметь на Колыму... Вполне рациональный аргумент — а что если самого засосет в жернова? — вызывает у сталиниста справедливое негодование — «а меня-то за что?!».

Интересно, что читая Шаламова, Солженицына и другие ГУЛАГовские мемуары, я нигде не встречал фактов проявления человечности среди вохры-охраны. Для меня до сих пор остается загадкой — где они умудрились рекрутировать такую массу законченных подонков? Задумываясь о выше сказанном, в мои редкие приезды в Россию, я порой чувствую себя неловко в толпе соотечественников. Много ли надо, чтобы запустить тот жернов, что бессмысслено смолол не одну сотню тысяч жизней в собственном государстве?


Февраль

Зимой в Москве ударили холода. Так как топили весьма скудно, Исидора заказала исподнее на кроличьем меху. Мех, естественно, был обращён вовнутрь, но все же торчал ото всюду, и дураки-матросы люто завидовали вихрастому стихоплёту Есенину, которому ни пойми за какие заслуги досталась диковинная мохнатая баба в тунике.

Людоед

Доцент Соколов звонит своему другу-министру Мединскому и спрашивает:
— Слышь, земеля, что с трупом делать?
— Ты что, Сокол, охуел совсем? Убил кого? — всполошился министр.
— Да, нет — говорит Соколов деланно равнодушно — тут так... баба мацой подавилась.
— А-а — сразу успокоился Мединский — ... ну не знаю, кто-как, а я обычно пилю.
— Ну тогда и я распилю — сказал Соколов и повесил трубку.


Путин и народ

Весь день Путин не выходил из кабинета — разбирал письма граждан. Слева от его рабочего стола угрожающе высился тюк из грубой мешковины, доверху наполненный посланиями. Граждане взывали о помощи, кляузничали и давали многостраничные советы о том, как наилучшим образом обустроить Родину.

Часы прозвонили 10 вечера. Президент немедленно отложил очередное письмо в одну из пачек. Все на его столе было расположено строго параллельно-перпендикулярно, как учили в школе разведчиков. Затем он  быстро поднялся с кресла, потянулся, глухо хрустнув нездоровой спиной. — Да ебись оно все конем — вполголоса произнес Путин и отправился играть в хоккей.

"Фейсбук"

Очень редко пишу в «Фейсбук», в основном читаю старых знакомых и то, весьма случайно. На днях пытался опубликовать на «Фейсбуке» небольшой англоязычный текст, который включал вполне безобидную ссылку на SourceForge (всемирно известное хранилище IT- проектов). Это была техническая, профессиональная байда для IT- заинтересованных людей. 

При попытке submit сообщения подлый «Фейсбук» уперся намертво — подозревает, мол, что это злостный спам. Никакие манипуляции с саппортом не помогли. 

Феномен популярности «Фейсбука» для меня непостижим. Абсолютно тупые роботы, анализирующие контент. На «Фейсбуке» царит тотальное неуважение к участникам. Главный принцип: не нравится — вали! Разруху усугубляет неудобоваримый интерфейс — создается впечатление, что пишут его криворукие школьники с синдромом дауна. Масса бессмысленной рекламы устраивает форменный «киш-миш» в ленте друзей. Получается, что в «Фейсбуке» практически невозможно написать какой-то более-менее осмысленный текст, включающий больше пары абзацев. В «Фейсбуке» можно лишь отрыгивать в timeline и беззлобно пердеть в комментариях. Здесь царят «лытдыбр» и катастрофические мудрости-цитаты, выполненные в виде диких картинок, бесконечно перепощиваемые малознакомыми людьми. Похоже, это такая современная тенденция: для среднестатистического гуманоида, соседа по планете, оказывается непосильным трудом прочесть последовательно больше тысячи символов. Тем более написать подобный «огромный» текст. Все что больше считается спамом и злонамеренным пиздецом.

Collapse )

Да уж...

Сегодня с утра за завтраком смотрел Первый канал (почему-то только его показывают через Интернет, а другие каналы не показывают). Утреннюю передачу на Первом ведут малоприметная болтливая матрешка и пухлолицый напористый толстячок. Настрой у них по обыкновению самый позитивный. И это несмотря на хуевую погоду в Москве.

Наряду со всевозможным утренним лытдыбром - про дружбу детей и собачек без издевательства над животными и без ответных укушений, про вред самостоятельного бесконтрольного пожирания антибиотиков (кои повсеместно запрещены к продаже без рецепта, но которые, тем не менее, свободно продают сердобольные аптекари), про день рождения престарелой дикторши, которая довольна жизнью, невзирая на возраст и пиздец в голове (мне показалось, что она вдобавок была под коксом) - рассказали про безобразный инцидент в Керченском проливе.

Воспользовавшись благоприятной судоходной погодой, Украина вероломно напала на Матушку Россию с использованием мощного портового буксира. Такой возмутительной провокации со стороны наших нерусских соседей никто не ожидал. Также в новостном сюжете показали оперативное видео, снятое, очевидно, на телефон, о том, как наши храбрые пограничники давят нарушителей своим славным пограничным кораблем. Уже послышались едкие замечания злопыхателей, мол пограничник был пьян, или накурен, или и то и другое, но я возражу. Я служил на флоте и ответственно заявляю - наши флотоводцы готовы совершать подвиги даже без водки и анаши.

Теперь, вот, горжусь Родиной. И есть за что.

Про пенсионный возраст

Вся эта продолжающаяся чехарда с повышением пенсионного возраста в России напомнила мне один случай из прошлого.
Поздней осенью 2004-го я собирался менять работу и пошел на курсы английского. Неплохие, надо сказать, были курсы и очень помогли мне в моем первом заграничном контракте. Стоили курсы немало и народ в группе подобрался довольно успешный и амбициозный. Занятия английским, как и любые практические курсы изучения языков, включали всеразличные упражнения и задания, выдумываемые изобретательной преподавательницей. Мы часто слушали популярные песни давно прошедших эпох и пытались угадать про что поют. Однажды мы прослушали песню «Битлз» «When I'm 64”. Когда знаменитые ливерпульцы отбренчали и отблеяли свой задорный хит, и музыка стихла, наша преподавательница потребовала, чтобы каждый придумал и рассказал по-английски, как он видит свое будущее в 64 года. Каждый придумывал кто во что горазд, насколько хватало словарного запаса и фантазии. А в группе нашей занимался один адвокат. Он был старше всех в группе, ему было лет 45. Был он заметно небеден. Об этом можно было судить по отличному автомобилю, качественной дорогой одежде и неожиданной готовности приглашать всю группу в ресторан и всех кормить-напоить за свой счет. И вот, очередь доходит до этого адвоката и он немедленно с гордостью заявляет, что, мол, до 64-х лет ни в коем случае не собирается доживать и поэтому говорить ему не о чем. Произносилось это с удалью и бравадой так характерной для россиян, говорящих о собственном далеком, как им кажется, будущем.
Преподша наша просто взвилась от возмущения. Да как, – воскликнула она – вы можете такое говорить!? Сколько Богом отмеряно, столько и проживете. Человек, мол, должен видеть, представлять, любить себя и в преклонном возрасте, иначе это не человек, а орк какой-то. Наш адвокат (подчеркиваю, это был весьма успешный и востребованный адвокат) был настолько уверен, что жизнь его будет недолгой, что ему оказалось чрезвычайно непросто придумать что-нибудь на ходу.
Адвокат этот выразил весьма типичное отношение к собственному будущему, свойственное подавляющему большинству россиян (мужчинам в особенности) и сейчас – желательно помереть до наступления пенсионного возраста. Унижение российской пенсией настолько невыносимо, что предпочтительнее заранее обосноваться на кладбище. В этом отношении читается даже бравада – мол, дай-ка я наебу ненавистное государство, - съебусь от него на погост, и пенсия мне не страшна.
На Западе столь резкое поднятие пенсионного возраста, как планируется в России, обязательно вызвало бы беспорядки, или даже бунт. Там люди начинают планировать жизнь на пенсии, как только получают первую зарплату. И это неплохая жизнь. Вряд ли кто-то мечтает на старости лет лазать как кот по помойкам в поисках пустых бутылок.
В России же беспорядков опасаться не следует. Тут народ дожидается пенсии со страхом, и когда пенсионный возраст отодвинут – это непременно вселит в граждан оптимизм не дожить до позорного рубежа.